технологии строительства

Раппопорт П.А. Древнерусская архитектура - Методика изучения древнерусского зодчества Х-ХIII вв. Часть 3

Скачать книгу с рисунками и таблицами - нажмите сюда

I. Методика изучения древнерусского зодчества Х-ХIII вв.

Во многих случаях изучение памятников зодчества раскрывает такие аспекты жизни общества, которые не зафиксированы никакими другими источниками. Это относится и к политической истории, и к борьбе идеологий, и к экономике. Так, исследование памятников зодчества Владимира-Волынского показало, что их строили мастера переяславльской строительной артели. Об этом безусловно свидетельствует строительная техника, и особенно система формовки кирпичей. В самом же Переяславле монументальное строительство в то время полностью прекратилось.
Обращение к письменным источникам позволяет объяснить сложившуюся ситуацию: в 1154 г. умер киевский и волынский князь Изяслав; его старший сын Мстислав, сидевший в Переяславле, не пытался бороться за киевский стол, а, бросив Переяславль, возвратился в свою вотчину – Волынь. При этом он забрал с собой всю переяславльскую строительную артель, которая и начала в 1156 г. строительство Успенского собора во Владимире-Волынском, где до того монументальных зданий не было.
Поступок Мстислава даже более определенно, чем письменные источники, указывает на его политические взгляды. До него волынские князья не вели на Волыни монументального строительства, так как считали себя потенциально киевскими князьями и, заняв киевский стол, вели строительство в Киеве. Мстислав же, очевидно, понимал, что процесс дробления Руси усиливает значение отдельных земель-княжеств и, следовательно, основное внимание следует уделять укреплению «своей» земли и своего положения в ней. Этому способствовало не только усиление оборонительных сооружений стольного города Волыни, но и развитие здесь монументального строительства, и огромный размер заложенного собора. Впрочем, это не помешало Мстиславу в 1167 г. все же занять киевский престол.
Другой пример – открытие при археологических раскопках в Смоленске круглой постройки, оказавшейся латинской церковью. На основании археологических и письменных источников (особенно текста торгового договора 1229 г.) между Смоленском, Ригой и Готским берегом (о. Готланд в Швеции) было известно, что Смоленск являлся крупнейшим экономическим центром, через который шла значительная часть торговли Руси с Северной Германией и Скандинавией. Обычно считали, что этот экономический расцвет Смоленска относится к XIII в. Между тем наличие церкви североевропейских купцов, построенной в 70-80-х гг. XII в., свидетельствует о том, что крупная роль Смоленска во внешнеторговых отношениях сложилась уже, по крайней мере, со второй половины XII в.
Подобные примеры, когда изучение памятника зодчества раскрывает неизвестные (или, во всяком случае, малоизвестные) стороны исторического процесса, многочисленны. Можно без преувеличения сказать, что каждый памятник архитектуры является источником богатой исторической информации. Следует отметить, что это обстоятельство иной раз приводило к неправомерному «перекосу» внимания исследователей. Получение общеисторических сведений казалось основной задачей изучения памятников зодчества. Между тем, при всем огромном значении этой информации, она все же является лишь частным вопросом в их исследовании, а основной частью должно стать раскрытие общей картины развития архитектуры.

Второй аспект изучения зодчества – искусствоведческий. Он дает возможность исследовать художественную сторону здания, позволяет выполнить детальный и тонкий анализ композиции, форм, стиля, впечатления, которое данное произведение архитектуры производит на зрителя. Без подобного анализа нельзя понять памятник архитектуры как произведение искусства, а следовательно невозможно определить и пути развития архитектурных форм.
Раскрытие архитектурного образа, т. е. выяснение того, с помощью каких художественных приемов выражено содержание архитектурного сооружения,- задача искусствоведческая. А. В. Луначарский писал: «...в том-то и заключается очаровательная сила искусства, что оно, придавая тому или иному жизненному содержанию художественную форму, подымает способность его проникновения в человеческие сердца до неслыханной силы». И далее в этой же статье: «Отсюда ясно, что все чисто художественные и формальные проблемы приобретают колоссальный интерес. И с этой точки зрения, всякое пренебрежение к чисто художественным, специфическим вопросам искусства является признаком варварства».
Сложность художественного анализа состоит прежде всего в том, что по отношению ко всем памятникам зодчества, возведенным до XVIII в., у нас нет письменных данных, в которых были бы изложены художественные приемы, из которых исходил автор постройки. Следовательно, единственным источником могут служить только сами памятники. Вследствие этого всегда существует опасность того, что художественный анализ может оказаться субъективным, что он внесет в понимание памятника такие черты, которых в нем в действительности нет и которые отвечают лишь взглядам современного искусствоведа, а не современника строительства. Очевидно, что художественный анализ должен выполняться крайне осторожно и быть тщательно аргументирован объективными доказательствами.
Другая опасность искусствоведческого анализа заключается в том, что он подчас выполняется отвлеченно, рассматривая только художественную сторону и не учитывая специфики архитектурного произведения, т. е. строительной технологии, функциональных особенностей, системы организации строительного производства и пр. Так, непонимание коренного различия в организации и производстве работ по возведению каменно-кирпичных и деревянных сооружений привело Н. И. Брунова к мысли, что древнейшие киевские здания строились плотниками, научившимися вести кирпичную кладку. Отсюда следовали выводы, что византийская кладка из плинфы со скрытым рядом была изобретена в Киеве в качестве подражания деревянному срубному строительству из венцов, а «отчетливое расчленение киевской Софии на отдельные ячейки было подготовлено, вероятно, привычкой плотников компоновать здание из отдельных срубов».
В том, что опасность одностороннего искусствоведческого подхода к памятникам архитектуры была вполне реальна, убеждает, например, дискуссия, развернувшаяся по этому поводу между искусствоведами и архитекторами – историками архитектуры в 1935 г. Когда же художественный анализ опирается на хорошо проверенные и правильно понятые факты, а также учитывает специфику данного вида искусства, он дает очень многое для понимания зодчества.

< Назад | К содержанию книги | Вперед >

Скачать книгу с рисунками и таблицами - нажмите сюда

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ

При копировании информации обязательны прямые ссылки на страницы сайта.
Все книги являются собственностью их авторов и служат исключительно для ознакомления.
При скачивании Вы обязуетесь удалить их в течении 24 часов.

© СтройКниги, 2010. © Дизайн и програмирование от студии "ПСГ".